Якудза: пути беспредела

yakuza0

Путешествие на темную сторону Японии вместе с искусствоведом Якобом Разом поможет нам узнать больше о криминальном мире Востока, в котором внимательный читатель увидит не только экзотические традиции и мрачные крайности, но и некоторые общечеловеческие проблемы, над сутью которых полезно поразмышлять.

Когда мы рассматриваем культуру не с позиций какой-то отдельной дисциплины, а в целом, темная сторона – это то, что завершает картину. И я был очарован этой темной стороной.
Якоб Раз.

yakuza4

Криминальный мир Японии раскрывается перед нами в книге искусствоведа, философа и религиоведа Якоба Раза «Мой брат Якудза», переведенной на русский язык и изданной в 2011 году в издательстве «Рипол Классик». Иллюстрациями к книге могут служить фильмы Такеши Китано: Outrage 2010, Beyond Ountrage 2012.

Якоб Раз родился в 1944 г. в Телль-Авиве. Его отец был декоратором, а мать – школьной учительницей. В университете Раз изучал театр и философию, увлекался поэзией Э. Паунда, Т. Элиота и У. Йейтса, разделяя их интерес к восточному искусству и религии. Защитил магистерскую диссертацию по творчеству У. Йейтса и японскому театру Но (能). Его докторская диссертация связана с исследованиями эстетики японского театра.
Жил в Японии на протяжении десяти лет, часть из которых провел в буддистских монастырях в качестве послушника.

yakuza2

Книга Якоба Раза основана на реальных событиях. Автору удалось сблизиться с одной из «семей» якудза, и прожить в их окружении несколько лет: случай редчайший, поскольку мало кто из «катаги» (законопослушных граждан) допускается в мир японской преступности.
Как Якобу Разу удалось добиться доверия со стороны этих странных и опасных людей? По-видимому, кроме чистого везения, огромную роль сыграло его сочувствие к неудачам других и, как ни странно, любовь к литературе.

Предшественниками якудза являлись бакуто (博徒) – странствующие игроки, появившиеся в конце XVIII в. (период Эдо). Отсюда и этимология слова «якудза»: «Я» — это восемь, «ку» — девять, «дза» (видоизменённое «сан») — три. Вместе — двадцать, то есть проигрышная комбинация в азартной карточной игре.
Бакуто были изгоями общества, живущими по ту сторону закона и социальных норм. В их число попадали разорившиеся вассалы дома Токугава, ронины, бродяги и деклассированные элементы. Игорный бизнес часто совмещался с разбоем. Еще одно название якудза «борёкудан» (“боорёку” — грубая сила, насилие; “дан” — группа, коллектив).

yakuza3

Позиция Якоба Раза по отношению к якудза неоднозначна. С одной стороны он несколько романтизирует жизнь и традиции этих людей, что совершенно понятно, поскольку он пишет о своих друзьях. С другой стороны, Якоб Раз – беспристрастный наблюдатель, не скрывающий неприглядные стороны происходящего. Из его книги можно узнать о рыцарском коде «нинкёдо», существующем в среде якудза, о внутренней структуре, законах и традициях семьи Кёкусин-кай, а также о драматичных судьбах людей, выброшенных на обочину жизни и угодивших в жестокий мир, где нет права на ошибку.
Мы же остановимся на любопытных психологических особенностях, прослеживающейся у большинства героев книги.
Раз пишет: «Сами якудза называют себя «гокудо» — пути беспредела. Согласно этому названию, жизнь надо проживать по максимуму, без компромиссов».

«Пистолет холоден, он лишь механизм, в нём нет персонификации. А меч — продолжение руки, плоти. Я могу передать всю глубину ненависти к противнику, вонзив в его тело клинок своего меча. Нет большего наслаждения, чем, погружая руку-меч в тело врага, произнести: «Синдэ мораимасу» — Прошу вас умереть.
Симидзу но Дзиротё

yakuza5

Юкихира (молодой человек, знакомство с которым открыло Разу мир якудза) защитил магистерскую диссертацию в области литературы и собирался писать докторскую о поэзии Юго-Восточной Азии, но в силу обстоятельств, сменил несколько профессий и в конечном итоге был вынужден работать в ночном ларечке с едой, напротив станции метро Сугамо в Токио. Так получилось, что рядом с этой станцией снимал жилье Яков Раз и неудивительно, что у него нашлись общие темы для разговора с Юки.
— Я пока не якудза. – Говорит Юки. – Я не хочу быть якудза, но, наверное, стану. С людьми из семьи я чувствую себя лучше всего, даже если они и не читают книг. Я не преуспел ни дома, ни в учебе… Ни одно место не стало мне домом… Поэт, в честь которого меня назвали Юкихирой, написал однажды:

Мы дни свои проводим
У берегов морских.
Мы — дети рыбаков,
И не иметь нам Дома,
Что назовем своим мы.

yakuza1

Другой представитель якудза, гангстер-поэт Кен-ичи Фукуока однажды признался Разу:
— Я хочу повзрослеть, сэнсэй. Мне сорок семь, и я хочу повзрослеть. У меня нет настоящих друзей, нет настоящей женщины, нет настоящей дочери. Моя дочь ненавидит меня, моей жене нечего ловить в другом месте, и поэтому она со мной… Мы одинокие люди, сэнсэй, мы маленькие сироты. Даже босс Окава, «оядзи» — папа, даже он не может быть настоящим отцом.
Мы — маленькие дети, понимаете? Так же, как тогда, когда мы убежали из нашего маленького городка на Кюсю, запуганные, ненавидящие этот мир, ненавидящие своих родителей. Присоединяющиеся — из страха — к другим запуганным детям. Мы всю жизнь ищем папу, маму и женщину. Мы ищем объятий и любви.
Вы прочтете мои стихи? Стихи, которые я написал в тюрьме… Почитаете? Я вам отправлю их, но при условии, что вы никому их не покажете. Только для вас. Я отправлю.
Я одинок, сэнсэй, и я ребенок. Что вам об этом известно? Вам, людям из правильного общества, катаги. Что вы знаете о нас?
Что мы знаем, на самом деле? И кто мы такие, чтобы знать?
— Приходите к нам ночевать сегодня, сэнсэй, хорошо?

Разве не удивительно? Жестокие люди, чья жизнь — постоянная война, покрытые шрамами и татуировками, идущие во всем до конца. Понимающие, что они находятся на последнем социальном рубеже, за которым только полная деградация. Эти люди исповедуются израильскому искусствоведу, открывая свои скрытые слабые стороны.

Якоб Раз однажды признался Юки, что и он – скиталец. Возможно, за этими словами, кроме личного опыта, стояли мысли о том, что пророк еврейского народа – Моисей – начал свое возвышение после того, как стал убийцей и изгнанником. Египтяне как бы говорили Моисею:

Ваш удел – рабство, страх, унижения: наш – громы и моря. Израиль слаб и малочисленны сыны его: Египет – несметное воинство, и грозно его оружие. Бродягами и поденщиками зоветесь вы: от нашего имени содрогается мир…
– Но, леди и джентльмены, если бы юноша Моисей внял этой речи и принял бы этот взгляд на жизнь, если бы он склонил свою голову, склонил свою волю, склонил дух свой пред этим надменным поучением, то никогда бы не вывел он избранный народ из дома рабства и не последовал бы днем за столпом облачным. Никогда бы не говорил он с Предвечным средь молний на вершине Синая и не сошел бы с нее, сияя отсветами боговдохновения на лице, неся в руках скрижали закона, выбитые на языке изгоев.
Джеймс Джойс — Улисс

Ведь каждый может измениться…

Автор: Василий Лабецкий. Для оформления использованы фрагменты фото из книги The Japanese Tattoo. Photographs by Sandi Fellman.