Особенно осенью

Иногда мне кажется, что я вижу ее. Особенно осенью.
Когда мы виделись в последний раз она знала что скоро умрет. Она сильно похудела, и словно светилась изнутри. Помню, при расставании она обняла меня, и это было вне обычного этикета – слишком много было вложено в эти объятия. То, что она тем самым сказала словами никогда не скажешь.
Зимой я узнал о том, что она умерла. Океан бушевал как сумасшедший, и тропическая ночь навалилась на него всем своим влажным, угольно-черным телом. Я стоял на пустом пирсе, окруженный хаосом соленых брызг и глядел из четко очерченного пространства, созданного желтым светом фонарей, в бушующую темень. Мне казалось, что она ушла в этот океан на своей легкой лодочке, прихватив с собой только кофе, немного коньяку, сигареты, сыр, хлеб и керосиновую лампу. Огонь у нее всегда был с собой. И вот, я смотрел на то, как волны перехлестывают пирс, и пытался разглядеть, нет ли за ними маленького мигающего огонька. Я всматривался долго, не отводя взгляда, пока на глаза не навернулись слезы.
Кажется, я на мгновение увидел этот огонек, и тогда я начал молиться о том, чтобы она благополучно пересекла темный штормовой океан и достигла другого берега.

И чтобы ей там было лучше чем здесь.